Ницшеанские «превращения духа» можно понять как глобальные изменения в культурном процессе. Чтобы определить суть этих преобразований, нужно найти наиболее общую формулу для осмысления культуры.

Константами культурного развития являются стремление к познанию и человеческая свобода. Исходя из этого, под термином «культурный процесс» можно понимать изменение человеческих представлений о действительности и методов её познания при наличии полноты свободы, но при отсутствии абсолютной истины.

Из этой формулировки можно извлечь два фундаментальных вопроса общекультурного (в частности, философского) дискурса:

  1. Проблема определения истины, как исходной точки картины мира.
  2. Проблема иерархии между истиной и человеком.

Мы сосредоточимся, прежде всего, на втором вопросе, так как он наиболее тесно связан с проблемой сверхчеловека.

Верблюд

«Что есть тяжесть? – вопрошает выносливый дух, становится, как верблюд, на колени и хочет, чтобы хорошенько навьючили  его. […] Не значит ли это: унизиться, чтобы заставить страдать свое высокомерие? Заставить блистать свое безумие, чтобы осмеять свою мудрость? [… ] Или это значит: питаться желудями и травой познания и ради истины терпеть голод души?»

В эпоху (условно назовём её классической), которая охватывает период от мифологического мышления до модернизма, вопрос об иерархии между истиной и человеком не был актуален. Со времени наивного, языческого мировосприятия истина доминировала. Логически это положение сформулировал Зенон: что чему подчиняется: часть целому или же целое – части? Конечно же, часть подчиняется целому. Каждый из нас поэтому подчиняется мирозданию, малым элементом которого он является.

Критикуя мифологическую космогонию, античные философы 6 – 5 века до н.э, стали искать объективную первооснову мироздания. Фалес Милетский (ок. 625 – 547 до н.э.) основой всего считал воду, Анаксимен (ок. 585 – ок. 525 до н.э.) – воздух, Гераклит (ок. 540 – ок. 480 до н.э.) – огонь, Анаксимандр (ок. 610 – 546 до н.э.) – бесконечную субстанцию, Демокрит (ок. 460 – 360 до н.э.) – атомы и пустоту. Пифагор (6 век до н.э.) совершил качественный скачок от материализма к идеализму, провозгласив основой мира число.

В отличие от софистов, которые считали, что истина относительна, скептиков (истины нет вообще) и материалистов, Сократ (469 – 399 до н.э.) считал истину явлением объективным, идеальным и доступным для осмысления. Поэтому особое внимание он уделяет индуктивному методу для определения общего, абсолютного в вещах и явлениях. Платон (427 – 347 до н.э.), ученик Сократа, основал объективный идеализм, доказывая первичность мира вечных идей – прообразов вещей.  Изменяя мысль Платона, Аристотель (384 – 322 до н.э.) выдвигает гипотезу о том, что в вещах сосуществует материальная форма и идеальная сущность.

Филон (ок. 25 до н.э. – 50 н.э.) главной задачей философии считал познание Бога. Философы в это время поднимают вопросы об отношении Бога и мира, материального и духовного, добра и зла. Филон утверждает, что зло содержится в вечно существующей, но ничтожной материи, а добро – суть вечного и всемогущественного Бога. Идеи Бога – Логос – это сила, формирующая мир, то есть Логос, наравне с Богом, участвует в творении.

В Средневековье объектом познания философов становится религия: христианство (1 в. н.э.), ислам (в начале 7 век н.э.). В Западной Европе до 6 в. н.э. развивается патристика, создавшая первые философские системы на основе христианства, затем схоластика, сосредоточившаяся на обосновании религиозных догм. Логика Евангелий приводит к следующим, новаторским для античной философии выводам:

  1. Мир и человек происходят от Бога, но не являются божественными (из-за первородного греха).
  2. Личность может вернуть свою божественную природу через соблюдение заповедей о любви и таинство причащения.
  3. Душа создаётся Богом и существует вечно.
  4. Человек обладает свободой выбора по отношению к Богу.
  5. Циклическое восприятие времени, характерное для язычества, в средневековье сменяется линейным (от первого до второго Пришествия Христа).

Постепенно научный метод стал вытеснять религиозный подход с его убеждением, что идеальный мир управляет материальным. Философы Возрождения критиковали схоластику и вернулись к античному идеалу человека. Джордано Бруно (1548-1600) заменил идею Бога бесконечностью природы; Фрэнсис Бэкон (1561-1626) первоосновой познания считал опыт, а не религиозное откровение; Рене Декарт (1596-1650) проповедовал рационализм как способ изучения природы: мир, по его мнению, не зависит от Бога (cogito ergo sum); Джон Локк (1632-1704) считал, что в фундаменте познания лежат человеческие ощущения; Готфрид Лейбниц (1646-1716), объективный идеалист, верил в существование одушевлённых монад, как одной из основ мира.

Идеалом Возрождения стал человек, способный с помощью разума изменить мир. В это время создаются первые утопии («Утопия» Т. Мора, «Город Солнца» Т. Кампанеллы и другие).

Борьба материализма с идеализмом по-новому продолжилась в век Просвещения. И. Кант (1724-1804), изучая границы разума, обнаружил, что познать можно только материальные формы вещей, а сущность их остаётся недоступной («вещь в себе»). И. Фихте (1762-1814) отказался от кантианских «ноуменов»; в его понимании мир создаётся мистическим «Я», от которого произошли «я» индивидуальные. Ф. Шеллинг (1775-1854) создаёт понятие Абсолюта, сближая материальное с идеальным, субъективное с объективным.

«Феноменология Духа» Гегеля – создателя диалектики – вершина классической философии. Истиной, по Гегелю, считается Абсолютный Дух, который познаёт себя изначально в неживой природе, потом в растениях, животных и человеке. Философия Гегеля является вершиной самопознания Духа, поскольку в ней он определяет сам себя.

Экскурс в историю философии наводит на очевидный вопрос: почему ни одно из философских направлений не создало картину мира, способную объяснить все происходящие в нём процессы? На него ответил С. Г. Федосин: «каждый философ абсолютизировал, делал первичным, преобладающим какое-либо одно понятие, которое и ложилось в основу его теории. Тем самым он видел мир через призму своих собственных взглядов, оценок и допущений».

В другой части книги «Основы синкретики. Философия носителей» есть важное замечание, позволяющее проникнуть в суть противоречий внутри каждой эпохи: «независимо от идеологической принадлежности последовательная абсолютизация определённости, законченности приводит обычно к догматизму, а абсолютизация гибкости суждений – к эклектике и софистике».

Общие признаки истины в Классическую эпоху:

  1. Истина совершенна.
  2. Человечество несовершенно.
  3. Человек должен стремиться к познанию истины для преодоления собственной ущербности.

Лев

«[…] львом становится дух, свободу хочет он себе добыть и господином быть в своей собственной пустыне. […] Кто же этот великий дракон, которого дух не хочет более называть господином и богом? «Ты должен» называется великий дракон. Но дух льва говорит «я хочу». Чешуйчатый зверь «ты должен», искрясь золотыми искрами, лежит ему на дороге, и на каждой чешуе его блестит, как золото, «ты должен!». Тысячелетние ценности блестят на этих чешуях, и так говорит сильнейший из всех драконов: «Ценности всех вещей блестят на мне»».

Господство истины над человеком в итоге привело к бунту свободы против реальности. Предтеча модернизма Артур Шопенгауэр (1788-1860) в своей работе «Мир как воля и представление» определил истину как «мировую волю», которая по своему содержанию есть зло, и призывал к её преодолению. Подобных мыслей придерживался и Ф. Ницше (1844-1900) – эти убеждения в итоге выразились в его афоризме «Бог умер».

Следовательно, в эпоху Модерна иерархия поменялась: свободу человека провозгласили важнее истины. Другими словами, в основе модернистских течений – желание преодолеть негативную реальность или преобразовать её.

Помимо ницшеанства, наиболее характерными направлениями в модернизме являются экзистенциализм, марксизм и фрейдизм.

Экзистенциализм объявляет человеческое существование потоком переживаний без чётких законов и рационального содержания. Основной вопрос этого направления: «в чем смысл жизни?».

А. Камю (1913-1960) полагал, что, осознав абсурдность бытия, ведущего к смерти, у индивида есть три пути: физическое самоубийство, философское самоубийство (уход от разума в веру) или бунт. Ж. П. Сартр (1905-1980) считал, что личность создают действия, а смысл жизни – осознание себя и ответственности за каждый свой поступок. Карл Ясперс, представитель религиозной ветви экзистенциализма, отмечал, что в преодолении «пограничной ситуации» существования раскрывается духовный потенциал человека. М. Хайдеггер определяет истину как «действительное», а свободу человека – основой для её познания: «Свобода является основанием внутренней возможности для правильности лишь в силу того, что она получает свою собственную сущность от более первоначальной сущности единственно существенной истины».

В основе фрейдизма и марксизма также лежит убеждение о несовершенстве реальности. З. Фрейд (1856-1939) считал «бессознательное» проявлением животного начала в человеке; К. Маркс (1818-1883) и Ф. Энгельс (1820-1895) основной проблемой цивилизации считали наличие в экономических отношениях паразитических элементов.

С типично модернистскими философскими направлениями сосуществуют течения, переосмысляющие классическое восприятие мира. Например, символизм, аналитическая философия К. Юнга (1875-1961), традиционализм Т. С. Элиота (1888-1965) и другие. Юнг в своей концепции «коллективного бессознательного» возвращается к иерархии «истина над человеком». Символизм переосмысляет Платона и Канта: привычной реальностью правит трансцендентный мир, который частично можно познать  с помощью ноуменальных символов.

Признаки истины в эпоху Модерна:

  1. Истина несовершенна.
  2. Человек или класс людей (по Марксу) может достичь совершенства, взбунтовавшись против настоящего положения вещей.

Лев, испугавшийся сам себя

Бунт свободы против истины в итоге привёл к возникновению тоталитарных систем и к двум мировым войнам. Стало ясно, что изменение форм иерархии даёт один и тот же результат. После Второй мировой войны воцаряется атмосфера скепсиса ко всему, что служило утешением для двух прошлых эпох: рационализму, утопиям, искусству и позитивной модели истории.

Чтобы понять сущность постмодернизма, нужно описать три важных категории этого направления: пост-история, игра и деконструкция.

  1. Теория «пост-истории» изложена Жаном Бодрийяром. По его мнению, мировое развитие достигло конечной точки, когда возможности и «различия», порожденные жизнью, нейтрализуются друг другом, а наша цивилизация становится огромной машиной по производству «безразличия». Основной чертой пост-истории является потеря веры в утопию.
  2. Тотальная деконструкция постмодернизма не уничтожает прежнюю культуру, а является методом её переосмысления. Это можно подтвердить словами Ж. Деррида: «деконструкция есть движение опыта, открытого к абсолютному будущему грядущего, опыта, по не­обходимости неопределенного, абстрактного, опустошенного, опыта, который явлен в ожидании другого и отдан ожиданию другого и события. В его формальной чистоте, в той неопределенности, которую требует этот опыт, можно обнаружить его внутреннее родство с определенным мессианским духом».
  3. Игра в постмодернизме – это «разновидность физической и интеллектуальной деятельности, лишенная прямой целесообразности и представляющая индивиду возможность самореализации, выходящей за рамки его актуальных социальных ролей». Перефразируя это определение, можно сделать вывод, что постмодернистская игра – это форма художественной и социальной деконструкции.

«Смерть автора» в эпохе Постмодерна антиномична его абсолютной свободе, «смерть субъекта» граничит с повышенным вниманием к человеку и его реальности. Из-за подобной нелогичности постмодернизм приобретает признаки софизма. Противоречия в этой философской системе появляются по причине деконструкции вопроса об иерархии: истина перемещается в категорию формы, создавая иллюзию абсолютной свободы человека.

Признаки истины в эпоху Постмодерна:

  1. Истина связана с категорией формы. Форма – абсолютна.
  2. Человеческая свобода определяет содержание.
  3. Форма доминирует над содержанием, произведение над творцом. Следовательно, иерархия между истиной и человеком в постмодерне аналогична иерархии в классической эпохе.

Утверждение, что постмодернизм – это трансформация «классики» доказывается также сходством в отношениях к тексту. Если классический текст – это подражание реальности, в эпоху Модерна – отдельная (внутренняя) реальность, то в эпоху Постмодерна он приобретает черты подражания текстуальной реальности (явная действительность также воспринимается как текст).

Ребенок

«Дитя есть невинность и забвение, новое начинание, игра, самокатящееся колесо, начальное движение, святое слово утверждения. Да, для игры созидания, братья мои, нужно святое слово утверждения: своей воли хочет теперь дух, свой мир находит потерявший мир».

Форма отношений между истиной и человеком для метамодернизма принципиально важная проблема, поскольку любая модель подчинения и деконструкция вопроса об иерархии привели к негативным последствиям.

Создатели этого направления решили отказаться от концепта доминирования, тем самым подчеркнув, что отношения между истиной и человеком – это единство с сохранением уникальности каждого из его составляющих.

Признаки истины в метамодернизме можно обозначить через введенные Тимотеусом Вермюленом и Робином ван ден Аккером понятия: «колебание» и «структуру чувства».

  1. Истина объективна.
  2. Переживание истины – субъективно.
  3. Истина может иметь множество форм выражения, которые её не исчерпывают.

Метамодернизм решил отказаться от абсолютизации отдельных понятий. Иными словами, объект познания этого направления – целое во всём его многообразии, а идеал «искренности» — ребенок, отождествляющий себя с миром.

Проблема сверхчеловека – актуальный вопрос новой философии. Следующий виток человеческого развития, по мнению теоретиков метамодернизма, может произойти под влиянием преобразованной формы эстетики и особой (синкретной) логики:

  1. Ребенок переживает мир во всей его полноте.

Эстетика метамодерна основывается на восприятии и выражении материально-идеальных «атмосфер», присущих каждой вещи, человеку или явлению.

  1. Игра для ребенка – способ познания мира.

«Игра» в метамодернизме не связана с деконструкцией. Это нахождение на основе ассоциаций новых способов созидания. Подобный игровой процесс описал Герман Гессе в романе «Игра в бисер».

  1. Целое и часть для ребенка одинаково значительны.

Философская логика метамодернизма заключена в понятии «колебание»: каждое направление в культуре, каждая философская и научная категория становится равнозначной и уникальной составляющей целого. Описал новую логику С. Г. Федосин в книге «Основы синкретики. Философия носителей».

Представления человека о мире формируются с помощью восприятия и мышления. Интенсивное развитие этих познавательных процессов, а также сознательное стремление к синергии с действительностью в итоге может привести к следующему этапу духовной эволюции индивида.

Примечания: